Босс в интервью интернет-изданию Hotspawn рассказал о том, как стал CEO клуба, а также вспомнил о расторжении сделки с Twitch.
О расторжении сделки с Twitch
Всё закончилось довольно странно. В 2013-2014 годах мы были на пике, и нас приобрела Amazon через Twitch. Изначально мы купились на идею, что всё изменится в лучшую сторону — нас будут вести и всё такое. Но в реальности они начали владеть всё большей и большей частью сцены. Им принадлежали турниры, стриминговые площадки, команды. Мы были в заморозке, потому что им нельзя было масштабировать киберспортивные команды.
Мы бы с радостью остались с Twitch и Amazon, но так как они не особо могли что-то делать, то мы начали отталкиваться от идеи, что у нас есть бренд, с которым они ничего не могут. Давайте вести переговоры заново. Мы использовали комбинированный подход — смягчающие обстоятельства и то, что они хотели поступить с нами справедливо. Исторически это что-то неслыханное, чтобы Amazon возвращала компанию, которую приобретала. Так что мы очень благодарны. Но ведения и менторства, которые нам обещали, фактически не было.
О том, когда понял, что хочет быть CEO, а не игроком
Естественного перехода не было. Я никогда не думал о том, что хочу быть CEO. Совладельцем я стал в 2016-м, когда всё еще соревновался. Но год за годом я начал ощущать, что управление не понимает, что делает. Помню, как-то спросил, почему мы не подписываем спонсорские контракты. Мне сказали: «Потому что мы не побеждаем». Для меня это прозвучало вызывающе. Если нам нужно побеждать, чтобы подписывать партнерства, значит, у нас нет бизнес-модели. Каждый может быть успешным, когда он лучший в мире. А попробуй построить бренд, который больше конкретных игроков и конкретных результатов.
Где-то в начале 2018-го всё свалилось на меня. У меня буквально был срыв. Меня убедили принять решение по составу, о котором я моментально пожалел. Я чувствовал себя потерянным, взял паузу на полгода от всего — киберспорта, игр, . Когда я вернулся, мы были в очень печальном положении — примерно за 3 месяца от банкротства. Я решал между тем, чтобы остаться в или продолжить карьеру игрока еще где-то. У меня всё еще было имя и бренд, мне могли много платить в другом месте. Но я очень любил фанатов, людей в компании и киберспорт в целом. Я пришел в правление и сказал: «Я хочу стать главным. И когда стану, чтобы вся власть была у меня — CEO, глава правления, полный контроль». Мне надоело играть в политику и компромиссы. Они согласились, и я стал главным с 2019-го.
О решениях, принятых как CEO, которые он ненавидел бы как игрок
Я продавал игроков, когда люди этого не хотели. Я приходил в команду и принимал решения вместо них. Я ненавидел подобное, будучи игроком. Очень тяжело маневрировать между заботой об игроках, будучи бывшим игроком, и решениями, которые будут полезны для компании.
Какое-то время я ожидал, что каждый игрок, с которым я работал, пройдет мой путь. Но никто не прошел. Большинство игроков здесь для того, чтобы просто играть. Им неинтересно становиться лидерами или обретать больше ответственности. Поначалу я давал слишком много свободы игрокам, и мне приходилось всё это откатывать. Но когда мы нашли игроков, у которых есть эти качества, мы сильно в них вложились, чтобы развить их потенциал.
Последний состав по Dota 2 был распущен в 2024 году. На Новый год 2026 пообещал, что клуб вернется в дисциплину.